Гендерно-вариативные люди в духовной жизни традиционных культур: исторический контекст
Добавлено: 18 авг 2026, 13:19
Когда сегодня говорят о трансгендерности и гендерной вариативности, иногда создаётся впечатление, что это исключительно современная тема. Но исторические источники дают совсем другую картину. Уже в древней Месопотамии, более трёх тысяч лет назад, встречаются категории, имевшие отношение к храмовым культам и необычным гендерным ролям. В античном мире Геродот писал об энареях у скифов. В средневековой и раннемодерной Южной Азии существовали общины хиджр. В доколониальных обществах Юго-Восточной Азии и на Филиппинах были свои ритуальные и шаманские роли.
Всех этих людей нельзя просто назвать "трансгендерами". У разных народов были собственные представления "по этой теме", и они не обязательно совпадали с современными. Кроме того, возраст письменных свидетельств и возраст самой традиции - не одно и то же. О чукотском шаманизме мы знаем в основном по этнографическим описаниям XVIII-XX веков, хотя сами традиции существовали задолго до появления этих записей. В Месопотамии сохранились тексты возрастом в несколько тысяч лет.
Да, один из наиболее ранних известных примеров относится к Месопотамии. В текстах III–II тысячелетий до н. э. упоминаются gala (kalû), assinnu и kurgarrû - культовые категории, связанные прежде всего с обрядами Инанны и Иштар. Их функции различались и включали исполнение музыки и ритуальных плачей, участие в храмовых церемониях и других культовых действиях. Gala были мужчинами и профессиональными исполнителями плачей; их деятельность была тесно связана с женской сферой ритуального оплакивания и практиками, в которых участвовали женщины. Некоторые gala носили женские имена, а их особый социальный статус современные исследователи рассматривают как пример отклонения от нормативной маскулинности. Assinnu в ряде источников также представлены как мужчины, чья гендерная и сексуальная роль не вполне соответствовала принятым представлениям о мужской маскулинности; в одном из текстов они упоминаются в контексте женских культовых служителей. В одном из шумерских гимнов, посвящённых Инанне, assinnu описываются в одежде, сочетающей мужские и женские элементы: на одной стороне тела они носят женскую одежду, а на другой - мужскую. При этом интерпретация assinnu остаётся спорной: исследователи по-разному объясняют их социальное положение и гендерный статус. Kurgarrû, напротив, могли выступать с оружием и ассоциироваться с воинственными и маскулинными чертами, но в некоторых культовых контекстах они также связываются с гендерно неоднозначными атрибутами. Некоторые современные исследователи, в частности Илан Пелед, рассматривают отдельные из этих категорий как формы институционализированного "третьего гендера". Однако это современная научная интерпретация, а не название древней месопотамской категории, поэтому напрямую переносить на gala, assinnu или kurgarrû современные понятия вроде "небинарной" или иной идентичности в "западном" понимании было бы некорректно.
Другой древний пример связан со скифами. Геродот писал об энареях в V веке до н. э., описывая скифское общество примерно VI-IV веков до н. э. Он рассказывал о женоподобных мужчинах, носивших женскую одежду и выполнявших женскую работу, и упоминал их в связи с культом богини Артимпасы. Энареи занимались гаданием и считали свой дар полученным от богини. В научной литературе их сравнивали с шаманами Евразии из-за сочетания необычной гендерной роли, гадания и религиозной функции. Но называть их шаманами напрямую всё же не совсем верно: античные источники описывают их прежде всего как гадателей и представителей жречества.
У чукчей Северо-Восточной Сибири подобные изменения происходили уже в рамках шаманизма. Основные подробные сведения появились в этнографических работах XVIII-XX веков, особенно в исследованиях Владимира Богораза. Он описывал шаманов («мягкий мужчина», на чукотском языке yirka-laul), которые после получения духовного призвания могли менять свою гендерную роль. Мужчина мог начать носить женскую одежду, менять причёску и поведение, заниматься женской работой. Встречались и обратные случаи, когда женщина-шаман принимала мужскую роль. Иногда перемена не ограничивалась отдельным обрядом и сохранялась в повседневной жизни. Причиной считались требования духов и отношения шамана с духовным миром. Изменение гендерной роли здесь было частью шаманской практики.
Нечто подобное описывали и у некоторых финно-угорских и других уральских народов. У хантов и манси этнографы отмечали шаманские практики, в которых мужчина мог использовать в обрядах одежду, атрибутику или поведение, традиционно относящиеся к противоположному полу. У саамов известны сведения о нойдах-мужчинах, использовавших женскую одежду во время шаманских действий, в том числе при взаимодействии с духами-помощниками. Такие случаи не образовывали отдельной постоянной гендерной категории и оставались частью шаманской практики.
У некоторых народов Филиппин известны asog и bayog, или bayok. Европейские авторы начали описывать местные религиозные традиции с XVI века, уже после начала испанской колонизации. Asog особенно известны по Висайям, а bayog или bayok встречаются в источниках о других районах архипелага. Речь шла о феминизированных мужчинах, часть которых становилась шаманами и духовными специалистами. Они могли выступать посредниками между людьми и духами, лечить, гадать и проводить обряды. Эти традиции существовали до колонизации, хотя подробные письменные описания появились уже после прихода европейцев.
На Сулавеси у бугисов известны bissu. Эта традиция относится к доколониальной культуре Южного Сулавеси, хотя документальные сведения о ней сохранились в более поздних источниках. В традиционной системе бугисов выделялись пять гендерных категорий: bissu, oroané, makkunrai, calalai и calabai. Bissu занимали сакральное положение, участвовали в церемониях правителей и знати, проводили обряды, обращались к духовному миру и охраняли священные предметы. Их особый статус объяснялся представлением о соединении мужского и женского начал. В XX веке традиция пережила серьёзные преследования и ограничения, но полностью не исчезла.
В других районах Индонезии тоже известны подобные примеры. У нгаджу на Борнео basir выступали ритуальными деятелями и посредниками между людьми и миром духов. У ибан manang bali были шаманами, для которых принятие женской роли могло стать частью религиозной трансформации.
У памона в Центральном Сулавеси известны tadu mburake - духовные специалисты и шаманы. Они занимались традиционным лечением, проводили обряды, обращались к духам и участвовали в ритуалах, связанных с земледелием и похоронами. Они могли выступать духовными посредниками и произносить молитвы. С их деятельностью были связаны ритуальные песни о путешествии души умершего в загробный мир. В этнографических описаниях памона встречаются и мужчины, которые принимали женскую одежду и становились tadu mburake. Такое положение давало им особый духовный статус.
Южная Азия даёт несколько разных примеров. Хиджры имеют многовековую историю, а сведения об их общинах встречаются в средневековых источниках. Их положение менялось от эпохи к эпохе. У хиджр существуют собственные общины, система наставничества и религиозные традиции. Они участвуют в благословении новорождённых и молодожёнов и поклоняются определённым божествам. История хиджр не сводится к религиозным функциям. Они долгое время занимали неоднозначное положение в обществе, а в современной Индии, Пакистане и Бангладеш сталкиваются с дискриминацией, бедностью и ограниченными возможностями в образовании и трудоустройстве. Религиозная роль могла существовать одновременно с социальной маргинализацией.
В Южной Индии известны также аравани, или арувани. Эта традиция особенно характерна для Тамилнада и связана с культом Аравана из "Махабхараты". Во время фестиваля в Кувагаме транс-женщины и др. гендерно-вариативные люди символически вступают с Араваном в брак, воспроизводя образ Мохини, женской формы Кришны. Они надевают свадебные сари и украшения, получают от храмового священника thali - символ брака, а после ритуальной гибели Аравана снимают его, разбивают браслеты и надевают белые сари, воспроизводя образ вдов. Традиция имеет глубокие корни, хотя история её современных форм и самого фестиваля документирована лучше, чем точное время возникновения культа.
В Карнатаке существует ещё одна ритуальная роль - джогапа. Так называют людей, посвящённых богине Йеламме. Традиция имеет доколониальные корни, хотя точную дату её возникновения установить нельзя. Джогапа участвуют в религиозных обрядах, поют, танцуют, дают благословения и выполняют другие ритуальные функции. Само посвящение богине определяет их положение внутри этой традиции.
У коренных народов Северной Америки задолго до европейской колонизации существовали собственные гендерные категории. Современный термин Two-Spirit появился только в 1990 году и объединяет разные исторические традиции, а не обозначает одну древнюю категорию. У отдельных народов были свои названия: у лакота известны winkte, у дине - nádleehí, а у зуни - lhamana. Их функции различались. В некоторых обществах люди с такими ролями занимались лечением, участвовали в церемониях или выполняли другие специальные обязанности. Письменные сведения об этих традициях в основном появились благодаря этнографам XIX-XX веков, хотя сами традиции намного старше.
Слово "бердаши" в современном употреблении считается устаревшим и оскорбительным антропологическим термином. Оно происходит от французского berdache, восходящего к персидскому barda - "пленник", "раб".
Если посмотреть на эти примеры по времени, диапазон получается огромным. Месопотамские источники насчитывают несколько тысяч лет. Энареи известны по античным авторам V века до н. э. Южноазиатские традиции имеют многовековую историю. Подробные записи о чукотских шаманах, народах Филиппин, Сулавеси и Северной Америки появились гораздо позже, хотя соответствующие традиции существовали до появления этих записей. Между всеми этими случаями нет одной общей исторической линии. У каждого общества были свои представления о поле, гендере, религии и социальной роли.
Редактирование: орфография и стилистика - чатGPT
Всех этих людей нельзя просто назвать "трансгендерами". У разных народов были собственные представления "по этой теме", и они не обязательно совпадали с современными. Кроме того, возраст письменных свидетельств и возраст самой традиции - не одно и то же. О чукотском шаманизме мы знаем в основном по этнографическим описаниям XVIII-XX веков, хотя сами традиции существовали задолго до появления этих записей. В Месопотамии сохранились тексты возрастом в несколько тысяч лет.
Да, один из наиболее ранних известных примеров относится к Месопотамии. В текстах III–II тысячелетий до н. э. упоминаются gala (kalû), assinnu и kurgarrû - культовые категории, связанные прежде всего с обрядами Инанны и Иштар. Их функции различались и включали исполнение музыки и ритуальных плачей, участие в храмовых церемониях и других культовых действиях. Gala были мужчинами и профессиональными исполнителями плачей; их деятельность была тесно связана с женской сферой ритуального оплакивания и практиками, в которых участвовали женщины. Некоторые gala носили женские имена, а их особый социальный статус современные исследователи рассматривают как пример отклонения от нормативной маскулинности. Assinnu в ряде источников также представлены как мужчины, чья гендерная и сексуальная роль не вполне соответствовала принятым представлениям о мужской маскулинности; в одном из текстов они упоминаются в контексте женских культовых служителей. В одном из шумерских гимнов, посвящённых Инанне, assinnu описываются в одежде, сочетающей мужские и женские элементы: на одной стороне тела они носят женскую одежду, а на другой - мужскую. При этом интерпретация assinnu остаётся спорной: исследователи по-разному объясняют их социальное положение и гендерный статус. Kurgarrû, напротив, могли выступать с оружием и ассоциироваться с воинственными и маскулинными чертами, но в некоторых культовых контекстах они также связываются с гендерно неоднозначными атрибутами. Некоторые современные исследователи, в частности Илан Пелед, рассматривают отдельные из этих категорий как формы институционализированного "третьего гендера". Однако это современная научная интерпретация, а не название древней месопотамской категории, поэтому напрямую переносить на gala, assinnu или kurgarrû современные понятия вроде "небинарной" или иной идентичности в "западном" понимании было бы некорректно.
Другой древний пример связан со скифами. Геродот писал об энареях в V веке до н. э., описывая скифское общество примерно VI-IV веков до н. э. Он рассказывал о женоподобных мужчинах, носивших женскую одежду и выполнявших женскую работу, и упоминал их в связи с культом богини Артимпасы. Энареи занимались гаданием и считали свой дар полученным от богини. В научной литературе их сравнивали с шаманами Евразии из-за сочетания необычной гендерной роли, гадания и религиозной функции. Но называть их шаманами напрямую всё же не совсем верно: античные источники описывают их прежде всего как гадателей и представителей жречества.
У чукчей Северо-Восточной Сибири подобные изменения происходили уже в рамках шаманизма. Основные подробные сведения появились в этнографических работах XVIII-XX веков, особенно в исследованиях Владимира Богораза. Он описывал шаманов («мягкий мужчина», на чукотском языке yirka-laul), которые после получения духовного призвания могли менять свою гендерную роль. Мужчина мог начать носить женскую одежду, менять причёску и поведение, заниматься женской работой. Встречались и обратные случаи, когда женщина-шаман принимала мужскую роль. Иногда перемена не ограничивалась отдельным обрядом и сохранялась в повседневной жизни. Причиной считались требования духов и отношения шамана с духовным миром. Изменение гендерной роли здесь было частью шаманской практики.
Нечто подобное описывали и у некоторых финно-угорских и других уральских народов. У хантов и манси этнографы отмечали шаманские практики, в которых мужчина мог использовать в обрядах одежду, атрибутику или поведение, традиционно относящиеся к противоположному полу. У саамов известны сведения о нойдах-мужчинах, использовавших женскую одежду во время шаманских действий, в том числе при взаимодействии с духами-помощниками. Такие случаи не образовывали отдельной постоянной гендерной категории и оставались частью шаманской практики.
У некоторых народов Филиппин известны asog и bayog, или bayok. Европейские авторы начали описывать местные религиозные традиции с XVI века, уже после начала испанской колонизации. Asog особенно известны по Висайям, а bayog или bayok встречаются в источниках о других районах архипелага. Речь шла о феминизированных мужчинах, часть которых становилась шаманами и духовными специалистами. Они могли выступать посредниками между людьми и духами, лечить, гадать и проводить обряды. Эти традиции существовали до колонизации, хотя подробные письменные описания появились уже после прихода европейцев.
На Сулавеси у бугисов известны bissu. Эта традиция относится к доколониальной культуре Южного Сулавеси, хотя документальные сведения о ней сохранились в более поздних источниках. В традиционной системе бугисов выделялись пять гендерных категорий: bissu, oroané, makkunrai, calalai и calabai. Bissu занимали сакральное положение, участвовали в церемониях правителей и знати, проводили обряды, обращались к духовному миру и охраняли священные предметы. Их особый статус объяснялся представлением о соединении мужского и женского начал. В XX веке традиция пережила серьёзные преследования и ограничения, но полностью не исчезла.
В других районах Индонезии тоже известны подобные примеры. У нгаджу на Борнео basir выступали ритуальными деятелями и посредниками между людьми и миром духов. У ибан manang bali были шаманами, для которых принятие женской роли могло стать частью религиозной трансформации.
У памона в Центральном Сулавеси известны tadu mburake - духовные специалисты и шаманы. Они занимались традиционным лечением, проводили обряды, обращались к духам и участвовали в ритуалах, связанных с земледелием и похоронами. Они могли выступать духовными посредниками и произносить молитвы. С их деятельностью были связаны ритуальные песни о путешествии души умершего в загробный мир. В этнографических описаниях памона встречаются и мужчины, которые принимали женскую одежду и становились tadu mburake. Такое положение давало им особый духовный статус.
Южная Азия даёт несколько разных примеров. Хиджры имеют многовековую историю, а сведения об их общинах встречаются в средневековых источниках. Их положение менялось от эпохи к эпохе. У хиджр существуют собственные общины, система наставничества и религиозные традиции. Они участвуют в благословении новорождённых и молодожёнов и поклоняются определённым божествам. История хиджр не сводится к религиозным функциям. Они долгое время занимали неоднозначное положение в обществе, а в современной Индии, Пакистане и Бангладеш сталкиваются с дискриминацией, бедностью и ограниченными возможностями в образовании и трудоустройстве. Религиозная роль могла существовать одновременно с социальной маргинализацией.
В Южной Индии известны также аравани, или арувани. Эта традиция особенно характерна для Тамилнада и связана с культом Аравана из "Махабхараты". Во время фестиваля в Кувагаме транс-женщины и др. гендерно-вариативные люди символически вступают с Араваном в брак, воспроизводя образ Мохини, женской формы Кришны. Они надевают свадебные сари и украшения, получают от храмового священника thali - символ брака, а после ритуальной гибели Аравана снимают его, разбивают браслеты и надевают белые сари, воспроизводя образ вдов. Традиция имеет глубокие корни, хотя история её современных форм и самого фестиваля документирована лучше, чем точное время возникновения культа.
В Карнатаке существует ещё одна ритуальная роль - джогапа. Так называют людей, посвящённых богине Йеламме. Традиция имеет доколониальные корни, хотя точную дату её возникновения установить нельзя. Джогапа участвуют в религиозных обрядах, поют, танцуют, дают благословения и выполняют другие ритуальные функции. Само посвящение богине определяет их положение внутри этой традиции.
У коренных народов Северной Америки задолго до европейской колонизации существовали собственные гендерные категории. Современный термин Two-Spirit появился только в 1990 году и объединяет разные исторические традиции, а не обозначает одну древнюю категорию. У отдельных народов были свои названия: у лакота известны winkte, у дине - nádleehí, а у зуни - lhamana. Их функции различались. В некоторых обществах люди с такими ролями занимались лечением, участвовали в церемониях или выполняли другие специальные обязанности. Письменные сведения об этих традициях в основном появились благодаря этнографам XIX-XX веков, хотя сами традиции намного старше.
Слово "бердаши" в современном употреблении считается устаревшим и оскорбительным антропологическим термином. Оно происходит от французского berdache, восходящего к персидскому barda - "пленник", "раб".
Если посмотреть на эти примеры по времени, диапазон получается огромным. Месопотамские источники насчитывают несколько тысяч лет. Энареи известны по античным авторам V века до н. э. Южноазиатские традиции имеют многовековую историю. Подробные записи о чукотских шаманах, народах Филиппин, Сулавеси и Северной Америки появились гораздо позже, хотя соответствующие традиции существовали до появления этих записей. Между всеми этими случаями нет одной общей исторической линии. У каждого общества были свои представления о поле, гендере, религии и социальной роли.
Редактирование: орфография и стилистика - чатGPT